Жители Западной Европы, сменившие испанцев на просторах Нового Света, были смелы и решительны.

Быть может, эти крепкие бородатые голландцы и англичане, со своими коренастыми выносливыми женами, не строили столь огромных планов, как закованные в сталь идальго XVI века, искавшие золотой город Эльдорадо и мечтавшие воссесть вице-королями новооткрытых стран.

Новые поселенцы Америки, в большинстве случаев, мечтали только о собственном доме и саде, о добром куске пашни... Но ведь и происхождение у колонистов XVII столетия было иным, и не стояли за их спиной монархи, снаряжавшие флот для конкистадоров во имя расширения своей заморской империи.

Многие тогда стремились за океан, чтоб одолеть неотвязную нужду: крестьяне слышали о плодородных землях, раскинувшихся, насколько видит глаз, и еще не разделенных межами; ремесленники — о только что заложенных городах, о гаванях, где должны встать порты, о рудных жилах и мачтовых лесах...
Плыли в Америку разорившиеся дворяне и беглые каторжники, авантюристы и мечтатели, намеренные создать на безлюдных просторах счастливую Утопию сэра Томаса Мора...

Но просторы оказались вовсе не безлюдными. Новый Свет издавна принадлежал племенам и народам, много тысяч лет тому назад переселившимся из Азии, — тем, кого по недоразумению, сохранившемуся со времен Колумба, решившего, что он приплыл в Индию, называли индейцами.

К той поре, о которой пойдет у нас речь, на юге северного материка уже поросли быльем руины могучих индейских царств, — но племенные союзы, жившие вдоль великих рек и на просторах девственной Америки, были многочисленны и сильны.

Они размножили лошадей, завезенных испанцами, и посадили в седло храбрых воинов; они овладевали огнестрельным оружием. Они не хотели отступать перед натиском белых колонистов и крепко держались за свои владения, за свой многовековой уклад.

Что было после, знают все. Жестокость и хитрость, силу и подкуп пустили в ход «бледнолицые», чтобы присвоить богатые индейские края. На протяжении сотен лет аборигенов Нового Света истребляли пулями и спаивали джином, грабили, за дешевые побрякушки скупая у них меха и кожи; опутывали коварными юридическими уловками, сталкивали между собой...

Они были мужественны, но просты душой, словно дети. Они верили священникам, рассказывавшим о христианском милосердии, и верили «Великому Белому Отцу» из Вашингтона, посланцы которого не скупились на сладкие обещания. У них забирали степи, леса и пашни; убивали бизонов, служивших главной добычей индейским охотникам, пока на всем континенте не осталась (в заповедниках!) лишь горстка животных из миллионных стад, еще в середине XIX века на сутки останавливавших поезда.

Выживших индейцев переселяли в резервации; многие умирали в дороге. Так, крупное племя чероки во время переселения на Запад от Миссисипи потеряло четыре тысячи человек — из общего числа четырнадцать тысяч...

А между тем, индейской культуре многим, очень многим были обязаны первопоселенцы будущих Соединенных Штатов... Табак и помидоры, кукуруза и картофель, индиго, — небольшая часть того, что Старый Свет взял у Нового. У «краснокожих» охотников пионеры перенимали приемы лова, ориентирования в лесу, выживания в условиях суровой природы; у воинов — искусство засад, разведки, подкрадывания, боя в рассыпном строю... словом, все, что так пригодилось и во время войны за независимость, и позже, в годы Гражданской войны! Незаменим вклад в «белую» медицину индейского целительства и фармакопеи...

Увы, в современном «либеральном» обществе США живы худшие традиции травли «краснокожих», хоть и замаскированные словами о равных правах всех наций. Редко кто из индейцев поднимается по социальной лестнице выше, чем наемные пастухи скота или славные отсутствием страха высоты мойщики окон в небоскребах... Большинству из потомков коренных хозяев материка не удается выйти за пределы резерваций.

В 1970-х годах Молино, один из индейских лидеров, с гневом писал: «Правление Рейгана — это тень генерала Кастера, когда-то безжалостно уничтожавшего мирные индейские поселения. Сегодня администрация уничтожает нас, убийственно сокращая социальные программы... Людям не на что купить еду, одежду. Бессмысленно отправляться в город на поиски заработка»...

Итак, в деле освоения американского материка восторжествовали суровые прагматики. Идеалистам с чуткой совестью осталось лишь негодовать и собирать крохи воспоминаний о доколониальной старине, фольклор, предания исчезающих племен...

И вот, в среде американской интеллигенции сложился своеобразный «индейский комплекс», наследственное чувство вины за уничтожение целого великого народа. Начиная с Фенимора Купера и Майн Рида, писатели США почти неизменно изображают индейцев мужественными, благородными, сердечными, людьми чести и достоинства.

Значительно больше подлецов и предателей, жадных негодяев среди «бледнолицых» персонажей — как в романистике, так и в кино. Эпически-величавыми стали образы «короля Филиппа» — Митакома, вождя вампаногов, возглавившего мощное восстание против белых колонизаторов в 1670-х годах; Оцеолы, отважного предводителя семинолов Флориды, или вождя шони Текумсе, погибшего, давая отпор захватчикам к северу от реки Огайо...

На редкость обширна индейская тема в массовой культуре. Названия индейских племен носят спортивные команды; автомобиль «Кадиллак» назван в честь одного из вождей; нет американского мальчишки, который не гордился бы игрушечным головным убором из перьев или мокасинами...

Кажется, никто не пытался дать другие имена землям и рекам, — взамен первоначальных, индейских. Реки Миссисипи и Ниагара, горы Аппалачи, озера Мичиган и Гурон, район Нью-Йорка Манхэттен... Сохранилась печальная легенда о том, как некий вождь, уводя остатки своего, почти истребленного белыми племени, пришел в тихую безлюдную местность и воскликнул: «А-ла-ба-ма!» — «Здесь мы отдохнем!» Но отдыха не вышло, — индейцев загнали в топкое болото и перебили, а последнее слово вождя стало названием штата Алабама...

... Край, о котором мы сегодня поговорим особо, также пестрит на карте индейской топонимикой. Штаты Массачусетс и Коннектикут, озера Уиннипесоки и Себейго... Новая Англия! У первооткрывателей заморских краев был обычай называть их в память о далекой родине. Новой Голландией сначала звалась Австралия; Новой Каледонией и Новой Зеландией* доселе зовут острова в Тихом океане...

Должно быть, живописные берега, густые леса и полноводные реки северо-востока, вся эта местность, овеваемая свежим ветром с Атлантики, представилась британским колонистам землей обетованной. Но будущее дружно заложенных поселков оказалось совсем не безоблачным...