На Главную Страницу Вниз   Rambler's Top100
Назад в прошлое
Навигатор
 Карта сайта
Новости
Архив
Пресс клуб
Подписка
Баннеры
Реклама
 
Содержание рубрики
 
 На предыдущуюВнизНа следующую
Василий Ерошенко, слепой путешественник
 

 
   
Василий Ерошенко. Портрет японского художника Цурута Горо  
Василий Ерошенко. Портрет японского художника Цурута Горо  
Его имя стоит в японской энциклопедии рядом с именами прославленных писателей и деятелей культуры. В Японии издавались его трех- и пятитомное собрания сочинений, несколько книг о нем. Жители Страны Восходящего Солнца называли его Айлосянке...
Великий китайский писатель Лу Синь оставил переводы сказок Ерошенко и послесловия к ним.

Философ-гуманист, рассказчик-импровизатор, поэт, музыкант, певец, шахматист, полиглот, знавший более десяти языков, — этот удивительный украинец, потерявший в детстве зрение и объехавший полмира, написал множество сказок, стихов, притч, баллад, легенд, очерков, рассказов.

Он был гением воли, героем преодоления недуга — незрячести.
Он был наследником славных украинских слепых кобзарей, которые ходили по земле, даря людям песни, думы и твердость духа.
Он хорошо известен на Востоке, хуже на Западе, но менее всего — в своем отечестве.

Современники запомнили его таким: немного наивное, почти детское выражение лица, волнистые льняные пряди волос, сапоги, косоворотка, широкий пояс с пряжкой, всегда чуть склоненная вправо голова — весь его облик проникнут каким-то артистическим достоинством.

Особенно прекрасен был его негромкий голос, выдававший в нем натуру страстную и мечтательную. На лице печальная улыбка, которую Лу Синь называл «улыбкой страдания». Во всем облике было что-то от сказочного Леля…

В этот мир Василий Ерошенко пришел под Новый год — 31 декабря (по старому стилю) 1890 года в селе Обуховка Старооскольского уезда Курской губернии, в крестьянской семье переселенцев с Украины.

Младенца понесли крестить в лютый мороз, а батюшка по случаю праздников был нетрезв и уронил ребенка в купель с ледяной водой. Ребенок выжил, но мать заметила, что ручки мальчика как бы ищут что-то в воздухе и часто промахиваются, прежде чем ухватить яркую игрушку.

Беда уже выбрала Василия, нацелилась и шла к нему — к четырем годам он ослеп навсегда… Последнее, что осталось в его памяти: синее небо, белые голуби над деревянной сельской церковкой и усмехающееся лицо матери...

Отныне весь мир его воплотился в звуках. Вскоре Вася научится ориентироваться по ним — в селе, в лесу, в поле — не хуже, чем в отцовской хате...

В Обуховке, где среди вишневых садов белые украинские мазанки соседствовали с темными рублеными русскими избами, к юному слепцу быстро привыкли и перестали удивляться, когда он шел без палки.

Местный помещик, граф Орлов-Давыдов, у которого отец Василия — Яков Васильевич Ерошенко — арендовал землю, устраивает девятилетнего мальчика воспитанником приюта «Московского общества призрения, воспитания и обучения слепых детей», действовавшего под покровительством императрицы Марии Федоровны.

В этом приюте Василий познал тайну шести выпуклых точек азбуки Брайля: из их сочетаний под пальцами рождались буквы, из букв — слова. Плотная, вся в пупырышках, бумага заговорила, зазвучала для Ерошенко голосами героев пушкинских сказов, стихов Некрасова и Шевченко. Ночью, когда школа затихала, Василий брал с собой толстый том и, водя пальцем по точкам, читал, читал… Когда все книги из приютской библиотеки были прочитаны, стал сочинять сам.

Владея хорошим слухом и голосом, он учился играть на скрипке и гитаре. Учителя прочили ему карьеру музыканта. Ерошенко поступает в Московский хор и оркестр слепых.
Каждый вечер на сцену ресторана «Якорь», что на Сухаревской площади, стал выходить высокий юноша с гитарой. Страдальческая улыбка освещала нежное, даже чуть женственное лицо. Он откидывал волнистые льняные волосы, ниспадавшие до плеч, и начинал петь. Заказывали обычно «цыганщину»; платили щедро…

Под утро Ерошенко шел ночной Москвой в доходный дом для слепых на Мещанской улице, где в комнате-пенале его ждала койка.
Заработанные деньги он отдавал вечно безработному актеру, который за это читал ему Пушкина, Андерсена и Шекспира...

А вечером — снова ресторанный чад; спертый, прокуренный воздух, пьяный говор, и визг, и хохот, и бесконечные водочные подношения. «Сколько раз мне хотелось уснуть и никогда не проснуться», — вспоминал этот период Василий...
 ВнизВверх
Вмешался счастливый случай
 

  Флит стрит. Лондон
  Флит стрит. Лондон
Тауэр Бридж. Лондон  
Тауэр Бридж. Лондон  
Станция «Кингс кросс». Лондон  
Станция «Кингс кросс». Лондон  
Наконец, в его судьбу вмешался счастливый случай.

На слепого юношу обратила внимание Анна Николаевна Шарапова, родная сестра Л. Н. Толстого. Именно она и пригласила Ерошенко, поразившего ее глубиной суждений и интеллигентностью, на свои курсы эсперанто*.

Шарапова свято верила в универсальное предназначение этого искусственного языка и переводила на эсперанто даже книги своего брата. Обнаружив у Василия блестящие способности, она стала его духовным наставником и старшим другом.

Анна Николаевна посоветовала Ерошенко продолжить свое музыкальное образование, — но, так как в России слепых в консерваторию не принимали, Шарапова обратилась в лондонскую Королевскую музыкальную академию для незрячих.

Тем временем Василий начал усиленно изучать эсперанто и уже через два месяца заговорил на новом для него языке.

Из Лондона пришел вызов. В 1912 году слепой музыкант берет билет третьего класса и сам-один отправляется в путь. Зеленая звездочка, символ общества любителей эсперанто, помогла Василию перебраться через четыре страны в Англию.

Его передавали по «зеленой эстафете» от одного эсперантиста к другому. «Могу сказать, что лампа Аладдина не могла бы помочь мне больше, чем зеленая звездочка эсперанто», — позднее писал Ерошенко.

В Лондоне он усиленно изучает английский язык и классическую музыку, посещает библиотеки и музеи, чтобы углубить свои познания в вопросах мировой истории и культуры.
В английской периодике появляются первые стихи Ерошенко, которые начинаются словами:

«Счастливейшего человека нет на свете,
Я вижу солнце, я вижу свет…»


На английском языке он пишет сказки для детей. Они были изданы и вызвали одобрительные отзывы британских критиков.

Затем Василий едет в Париж, изучает французский язык, слушает лекции в Сорбоннском университете. Когда Ерошенко возвращается в Англию, его ждет неприятное известие: за связь с эмигрантами-марксистами ему приказано покинуть страну.
 ВнизВверх
Теперь уже на Восток...
 

   
     
   
     
Один из кварталов Токио  
Один из кварталов Токио  
Мост Каивунбаши и Первый национальный банк. Токио  
Мост Каивунбаши и Первый национальный банк. Токио  
Приехав в родную Обуховку, он начинает усиленно готовиться к путешествию, но теперь уже на Восток: самостоятельно изучает японский язык, переписывается с эсперантистами Японии, Кореи, Бирмы.

В 1914 году журнал эсперантистов писал: «Слепой московский эсперантист господин Ерошенко, предпринявший в прошлом году поездку в Англию, отправляется теперь в Токио. Господин Ерошенко путешествует без поводыря».

Осенью 1914 года Ерошенко становится слушателем Токийской школы слепых, — а уже через год после приезда в Японию может свободно объясняться на японском языке. Часто его выручала необыкновенная память. Иностранные языки Василий изучал на слух, часами слушая живую речь или пластинки.

Участвуя в публичной дискуссии с великим индийским писателем и философом Рабиндранатом Тагором, выступавшим тогда в Токийском университете, молодой Ерошенко поразил маститого лектора глубоким знанием христианского вероучения, древних текстов буддизма и дзен-буддизма, изречений пророков ислама.

Тагор настолько заинтересовался доводами Ерошенко, что подошел к нему после окончания дискуссии, чтобы продолжить спор.

В 1916 году в одном из токийских журналов была опубликована первая новелла Ерошенко, написанная по-японски — «Рассказ бумажного фонарика». Автор пользуется методом «черно-белого описания», близким сердцу японского и китайского читателя. Украинец сумел написать на материале чужой культуры так, словно он был местным уроженцем!..

Однажды Ерошенко сказал о Японии так: «Слишком мало земли и слишком много счастья». Друзья-японцы, близкая подруга — Камитика Итико окружили его такой заботой, что Василий казался себе Одиссеем, который чересчур долго гостит у очаровательной Цирцеи. Из Японии он решил уехать в Сиам (Таиланд).

— В Сиам? Зачем? — спрашивали его. И Ерошенко объяснял, что хочет познакомиться с древней культурой, обычаями и поверьями этой загадочной страны. А еще — в Сиаме, говорил он, нет школ для слепых…

Ерошенко приехал в Сиам, когда там начали ограничивать деятельность всех иностранцев. И поэтому его план — создать школу слепых — был обречен на неудачу.
И Василий переезжает в Бирму.

Познакомившись с необыкновенным слепцом, бирманцы решили назначить его директором школы для слепых... Читать дальше
На Главную страницу Вверх  
Ссылка на http://www.vokrugsveta.com обязательна
 
  Rambler's Top100 AllBest.Ru Экстремальный портал VVV.RU  
• Мир ГЕО — эволюция жизни. Путешествие к динозаврам читайте на vskali.ru картины написанные художниками разных стран : красивая женщина с чашечкой кофе